О композиторе

Рассвет композитора

Солнце едва всходило, когда Праймос закрыл последнюю, триста пятидесятую страницу своей первой работы. (Он назвал ее “Manifestation” – Проявление.)  Молодой композитор отложил манускрипт, подошёл к окну сделать свежий глоток воздуха. Холодный весенний ветер не тревожил его, уже переполненный в это время хаос Чикаго казался замедленным. Но это его не волновало. Волновало только то, что должно было случиться сегодня вечером.

Юноша ощутил, как тело начинало приятно напрягаться, на лбу выступали капельки пота и в голове начинал звучать оркестр. Он слышал каждый инструмент, слышал каждую ноту – это было как наваждение. Убедившись, что на этот раз все сделано «так как должно быть» композитор устроился в уютном кресле, закрыл глаза – до вечера было еще много времени – и он уснул. Уснул чтобы проснуться великим и знаменитым композитором.

Вечером Чикагский симфонический оркестр исполнит его первую оркестровую работу. Это будет впервые в истории оркестра, когда тот исполняет музыку 20 летнего юноши, композитора-самородка, когда oн, едва закончив школу начал писать музыку.

Это был долгий и не легкий путь от жилищного проекта в Чикаго до признания на Мичиган-Авеню, но сегодня его мечты двигались на пути успеха.

 

“Работы Праймоса Фаутнейна намого превосходять Шостаковича….”

Так говорят о его музыке критики и все, кто впервые слишит его музыку…

С Праймосом мы знаем друг друга много лет. Впервые мы встретились, когда я брал у него интервью для журнала, в котором работал. С тех пор он всегда делился со мной соей музыкой, а я с ним своими стихами. Мы всегда восхищались друг другом. И с тех пор я писал много о нем и о его музыке.  Тогда никто не мог подумать, что из застенчивого, но в то же время легкого, искреннего, дружелюбного мальчика вырастет тот, кем он является сегодня – композитором высшего уровня, который продолжит традиции Стравинского, Шостаковича и других великих композиторов прошлой эпохи.

Я видел его путь развития от молодого гения до признанного на международном уровне композитора.

Я также, как и он вырос в Чикагском жилищном проекте, поэтому я понимаю препятствия, которые должен преодолеть творческий человек, чтобы стать известим.

К сожалению, он слишком долго игнорировался. И я прекрасно знаю каждый шаг его борьбы не только за создание, но и за самый трудный процесс получения признания.

Но работы Праймоса намного превосходят работы Шостаковича. Его музыка приятная и роскошная и всегда на шаг впереди эпохи.

Алан Кип, писатель, поет

 

 

Перевод Оксана Калиниченко